Портрет Смирновой оказался изображением великой княжны Александры Николаевны

В Михайловском дворце открылась выставка «Шедевр кисти Карла Брюллова.
Новое определение персонажа». Она проливает свет на искусствоведческое недоразумение, длившееся много лет.

Среди работ Карла Павловича Брюллова в собрании Русского музея есть портрет, традиционно считавшийся изображением некой Ульяны М. Смирновой. Он датируется концом 1830-х годов. Картина, поступившая в собрание Русского музея в 1920 году, ранее находилась в Мраморном дворце в собрании великого князя Константина Константиновича. Некоторое время полотно обозначалось просто как «Женский портрет». Несмотря на то, что подпись художника на картине отсутствует, авторство не вызывает никаких сомнений.

Как изображение «Ульяны Смирновой, рожд. Спиридоновой» картина была опубликована Э.Н. Ацаркиной в монографии о Карле Брюллове. Подобное определение было связано с толкованием надписи на подрамнике «Г-а Смирнова» как «Госпожа Смирнова». Надпись «у смирнова» на карандашном наброске, рассматривалась как инициал и фамилия изображенной. Однако специалисты Русского музея выяснили, что эту надпись можно толковать как обозначение владельца, и его местонахождения. Эта версия подкрепляется отсутствием каких-либо свидетельств об Ульяне Смирновой. При этом известно, что Брюллов писал портрет великой княжны. Сохранилось множество её достоверных изображений, и очевидное сходство несомненно. И собачка в руках девушки повторяется на других полотнах.

Судьба Александры Николаевны, младшей дочери Николая I, в семье её называли Адини, сложилась драматично. Она умерла в девятнадцать лет от неизлечимой болезни. Брюллов успел запечатлеть для потомков нежную красоту княжны.

В 2017 году, благодаря открытию специалистов Русского музея, картина обрела свою историю: портрет Смирновой оказался изображением великой княжны Александры Николаевны С (1825-1844). Сейчас можно с уверенностью говорить о том, что это единственный практически завершенный портрет члена императорской семьи в творческом наследии художника. По этой причине случай определения подлинного имени персонажа живописного шедевра «великого Карла» можно считать уникальным.

Елена Дружинина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *